Азерт
Текст родился из одного постигрового письма и того каким я вижу будущее своего персонажа.


Холодно, очень. Январь на северном побережье Норвегии. Хмурое серое небо, такое же серое море, и такой же серый каменистый берег. Нет даже намека на фьорды или что-то подобное, это просто серая полоса камня от горизонта до горизонта, омываемая такой же серой морской водой, обжигающе холодной.
Дориан стоит на берегу, опершись на трость. Курить, получается только здесь, в палатке теперь собрана куча артефактов, которые совершенно по разному реагируют, на что угодно и как угодно. Да и прогулка до берега помогает отвлечься от болей которые постоянно тревожат обожженную часть тела. Дориан всем сердцем ненавидит события того злополучного сентября. За его спиной видна палатка и несколько конических образований из земли. На одном из них четко видны следы раскопок.
Курган почти раскопан, надо будет переключиться на следующий, нет даже и намека на какую-нибудь важную находку, хотя интересные попадаются, они все по своему интересны. Надо будет сказать эльфам, чтобы начинали…
-Хозяин! – тонкий писклявый голосок эльфа отвлекает Дориана от мыслей. Он оборачивается, всю левую половину тела пронзает болью, к которой он уже почти привык. – Хозяин! Птица!
Сова, пришло письмо, надо же. Последним письмом, которое он получил, было письмо от родителей, это было три месяца назад, они спрашивали все ли у него хорошего, ни слова про сестру. Хотя он и так знает что с ней, просто чувствует.
Палатка больше внутри, чем снаружи, в ней тепло и пахнет кофе, стол завален бумагами, каменными табличками, в углу стоит стеклянная витрина, в которой аккуратно разложены изъятые из кургана вещи.
Письмо. Простой коричневый конверт без обратного адреса. Что ж...
«Здравствуй, Дориан.

Знаю, ты не ожидал этого письма. Но почему-то я верю…»
Он узнал этот почерк, сразу же. Лин. И он ждал его, это письмо, каждый день после окончания Хогвартса.
«я стажируюсь в Святом Мунго. Здесь всё именно так, как мне когда-то рассказывали. Тяжело, бессонно, но зато нет времени ни на что, кроме. А это как раз то, что мне сейчас так нужно.»
Да. Именно это и нужно ему, забыться в работе, в тяжелой, но хотя бы приносящей пользу работе, чтобы никогда не вспоминать, что произошло тогда.
«Ты, наверное, удивлён. Я никогда не хотела быть колдомедиком, это правда. До того самого сентября, до первых учебных дней седьмого курса.»
Нет, не удивлен. Он всегда знал, что Лин займется чем-то подобным. Это было ее, это было видно в ней.
«Уже никогда ничего не станет как раньше. Ни вообще, ни тем более у нас с тобой. Но я хочу, чтобы ты знал. Я никогда не ненавидела тебя. И никогда не желала тебе зла. Глупо, но больше всего сейчас я жалею о том, что вернула тебе медальон, который ты мне подарил.»
Хорошо. Правда хорошо, просто потому, что теперь он уже не хочет, ни видеть, ни Англию, ни кого либо, кто там остался. Ему плевать на войну. Ему не хочется об этом вспоминать или принимать в этом участие. Раньше он бы расстроился разбитым надеждам на воссоединение, но теперь, нет. Единственное что он хочет это забыться в работе.
«Без надежды на ответ,
всегда твоя, Лин.»
Дориан качает головой, шрамы на лице пронзает болью, к которой он уже привык. Ответа не будет. Ему нечего ей сказать. И незачем. Для него та Англия и те люди остались в прошлом. Теперь есть только археология и пыльные истории чужих ему волшебников.
Дориан грустно улыбается, перечитывая последнюю строчку. Нет, теперь уже нет, не…
-Хозяин! – снова эльфы – Хозяин! Мы нашли дверь! Каменную дверь!
Дориан выходит из палатки, опираясь на трость.
-Отпусти птицу, ответа не будет.
Левой рукой он сжимает запястье правой. Медальон, который он повесил, обвязав шнурок вокруг запястья в тот день, когда он к нему вернулся, уколол холодом обожженную ладонь.
Что ж, значит с этим курганом он еще не закончил…